Вторую неделю не утихают споры по поводу начавшегося уничтожения импортных контрабандных продуктов, попавших под российские санкции. Накал страстей чуток спал, по сравнению с прошлой неделей, но споры по-прежнему продолжаются: очень уж возбудился народ на этой теме. Хотя не покидает стойкое ощущение, что возбуждение это искусственное, кем-то хорошо срежиссированное и удачно лёгшее на традиционную августовскую скукоту и новостное безвременье. Как возникло, так и уйдёт. Причём уже очень скоро.
Хлеб и зрелищаОднако народ повёлся и завёлся не шутя. Гневные комментарии, возмущённые возгласы, рационализаторские предложения, язвительные остроты — целую тонну слов и мемов породило предложение министра сельского хозяйства, оформившееся затем в указ президента об уничтожении санкционных продуктов. Вспомнили голодных блокадников, возопили о кощунстве, предложили направить польские яблоки и итальянские сыры в дома престарелых или воюющий Донбасс. Особо впечатлительные и креативные граждане снова заговорили о наступлении фашизма с его крематориями (пока что пищевыми), о средневековом мракобесии, о самоуправстве властителей и подытожили всё сакраментальным: «Указ об уничтожении продуктов отдан сытыми людьми».
Вообще-то все эти комментарии, стенания и предложения исходят от людей тоже отнюдь не голодных и нимало не бедных. Ни разу за всё время этого театрального негодования не пришлось столкнуться с прямым призывом: «Дайте нам этот контрабандный сыр, мясо и молоко — нам больше нечего есть!» Призывы всегда раздаются в отношении каких-то третьих лиц: «Дайте им эту контрабанду — им больше нечего есть!» Так, конечно, выглядит благороднее и бескорыстнее, но от этого не менее сомнительно.
Бесспорно, в России есть бедные. Есть и нищие, как, впрочем, и в любой другой стране мира. Но, простите, хочется спросить наших благородных борцов за права европейских фермеров и контрабандистов: где вы в последний раз видели голодающих, не говоря уже про умирающих от голода? Африку и блокадный Ленинград не предлагать. Ткните в место на современной карте России. Покажите, где без европейской ветчины люди мучаются с голода, и сообщите об этом всей стране. Вот тогда стенания по уничтожаемой контрабанде приобретут хоть какой-то смысл и вес. Не раньше.
Простые вещиДавайте будем честны: никто от уничтожения европейской продуктовой контрабанды в России от голода не умрёт. Зайдите в любой продуктовый магазин, супермаркет, на любой рынок — полки ломятся от десятков и сотен сортов продуктов, как отечественных, так и импортных. Под российское продуктовое эмбарго попали либо товары премиум-класса, о которых 90 процентов граждан не имели и понятия, либо продукция, достаточно быстро заменяемая отечественными или иными зарубежными аналогами. Идёт нормальная конкурентная борьба как за политическое, так и за экономическое влияние. И в этой борьбе Россия не использовала пока что ни одного запрещённого приёма и метода.
Надо исходить из того простого факта, что продуктов, которые сейчас давят бульдозерами и сжигают в крематориях, в России быть не должно вообще. В принципе. Они попали под торговые ограничения, введённые российскими властями в ответ на западные санкции, и запрещены к ввозу в Россию иначе, как для личного потребления. И относиться к этому конфискату надо как к тому, чего заведомо нет и быть не может.
Так о чём спор-то? О том, что уничтожаются продукты, которых в России и так быть не должно? Или о том, что лучше бы эти конфискованные товары направлять нуждающимся? Хорошо бы, конечно, но, во-первых, всем нуждающимся всего конфиската по-любому не хватит. Это только выглядит внушительно, в пересчёте на цифры доля конфискуемой контрабанды в российском продуктовом обороте весьма незначительна. Во-вторых, распределять этот конфискат по нуждающимся определённо дороже, чем просто уничтожать на границе или таможне. Бюджету от этого распределения один убыток, а если отдать дело частным компаниям, так они, скорее, наживутся на перепродаже, чем накормят нуждающихся. В-третьих, даже если это дело поручить бескорыстным общественникам, всё равно развозить конфискат по частным адресам дорого, хлопотно и сомнительно с морально-этической точки зрения: любая халява плодит иждивенчество. По социальным же учреждениям, вроде детдомов или домов престарелых, — опять-таки невыгодно: придётся ломать сложившуюся систему поставок продовольствия богоугодным заведениям отечественными производителями. Оно нам надо?
Давайте, граждане, отбросим эмоции и лицемерие и признаем реалии современного мира. Еды в этом мире много, её, в принципе, хватает на всех, и речь идёт не о хлебе насущном, а о разных излишках. Без которых вполне можно обойтись и большинство прекрасно обходится.
Более того, огромная часть производимого продовольствия просто не доходит до желудков едоков. По подсчётам британского Института инженеров-механиков, в мире ежегодно по разным причинам уничтожается, гибнет, пропадает, портится до половины всего производимого продовольствия. И если в слаборазвитых странах основные потери происходят на стадии производства и транспортировки, то в развитых в среднем просто выбрасывается до 100 кг в год на человека вполне добротной еды. Американцы оставляют несъеденной, неоткрытой и непочатой приблизительно 40 процентов приобретаемой еды, примерно на 165 млрд долларов.
Не хотите подсчитать, сколько именно вы выбрасываете в год продуктов? А потом уже можно вернуться к теме уничтожения контрабанды и рассуждениям обо всех голодных, которых бы она накормила.
Прямая речьВесь сыр-бор, который сейчас происходит, является больше отражением как раз человеческой реакции. Если же вникнуть в ситуацию, то совершенно очевидно, что уничтожение этой контрабандной продукции приведёт к снижению поставок такой продукции в страну и сведёт на нет необходимость её уничтожения.
Председатель комитета Госдумы по экономической политике Анатолий АКСАКОВ.
Уничтожение посредством бульдозера незаконно — в обход квот, в обход таможенных запретов, в обход санитарных норм etc. — поступившей на рынок продукции довольно давно уже является делом обычным и в общем и целом приемлемым. Вероятно, временной рубеж здесь — исчезновение из жизни стран, практикующих бульдозерную регулировку, таких заболеваний, как дистрофия и пеллагра.
Публицист Максим СОКОЛОВ.
По страницам СМИ«В Интернет вбрасывается несколько медиавирусов на данную тему. И особо впечатлительные особы, не осознавая, что, где и как они подхватили, начинают тему развивать в Facebook. Пишут и постят фарисейские, рассчитанные на слезу посты. Про нехватку продовольствия во время Великой Отечественной войны — той самой войны, память о которой они же недавно поливали грязью. Про блокаду Ленинграда — того самого Ленинграда, который они хотели бы сдать Гитлеру. Про социально незащищённых, про тот самый народ, который они так презирают, называют „православным быдлом“, „протоплазмой“…»
Экспертное мнение— Подавляющему большинству населения на весь список санкционных продуктов наплевать от первого до последнего пункта. Они никогда не входили в рацион его питания, за исключением зажиточной части населения Москвы, Петербурга и ещё, быть может, нескольких крупных городов. Большинству обывателей не до тонкостей запахов всяких камамберов и бри, хамон успешно заменяется свининой и тушёнкой, а макароны по-флотски не требуют посыпания пармезаном. Овощи и фрукты традиционно занимают малую долю в рационе, кроме тех, что произрастают на любом русском огороде и заготавливаются впрок. Как и рыба, кроме той, что ловится саморучно или зовётся селедкой. Сыр — он и есть сыр, а колбаса — она и есть колбаса.
Политолог Георгий БОВТ.
