Ряд министров российского правительства получили от Владимира Путина нагоняй за неправильный дележ бюджетного пирога — вся «малина» досталась трем ведомствам: Минфину, Минобороны и МВД, что поставило под угрозу выполнение предвыборных обещаний президента. В то же время ситуация в Дзержинске продолжает развиваться: мэр Виктор Сопин вышел из «Единой России» и вроде бы ищет политической поддержки в рядах создаваемой партии Михаила Прохорова. Ну и напоследок: в Заксобрании Нижегородской области обсуждается законодательный механизм отзыва губернаторов, который некоторым депутатам показался возмутительно нежизнеспособным.
Дзержинск продолжает радовать журналистов горячими новостями. Действительно, ситуация там уже достойна сценария какой-нибудь психологической кинодрамы: Виктор Сопин наложил вето на решение депутатов, вышел из состава «Единой России» и ищет теперь поддержки в «Гражданской платформе» Михаила Прохорова.
— «Единая Россия» перестала быть ресурсом для мэра Дзержинска, она не обеспечивает его политической стабильности, поэтому его выход из партии для меня выглядит логичным, — размышляет Александр Прудник. — Сопин сразу же вступил в контакт с другой политической силой, чем пытается показать, что он не отщепенец, что он еще не сдается.
Евгений Семенов скептически отнесся к сценарию, по которому бы Прохоров стал поддерживать и помогать Сопину. Источник скепсиса прост — зачем это нужно миллионеру?
— Дзержинск ничего не может дать Прохорову, кроме проблем и бесконечных расходов, уходящих в «черную дыру» и «белое море», — считает эксперт. — К тому же это невыгодно ему с точки зрения пиара: начинать строить новую политическую партию из «сбитых летчиков» не очень дальновидно.
— До этого в Дзержинске «Единая Россия» была представлена в невыгодном свете. Выйдя из партии, Сопин сделал им подарок: теперь не придется устраивать каких-то дисциплинарных скандалов и громких исключений из партий. Поэтому «ЕР» здесь понесла наименьшие имиджевые потери, — считает Иван Юдинцев.
По его мнению, теперь единственным правильным ходом, который наконец разрешит эту ситуацию, могут стать досрочные выборы мэра.
— Я всегда раньше поддерживал позицию «Руки прочь от избранного мэра». Но сейчас мне видится, что если Сопин подаст в отставку и пойдет на выборы, то это сможет разрешить политический конфликт, от которого, в конечном итоге, больше всего страдают горожане.
— Возможно, что в Дзержинске опробуют сценарии и механизмы, которые потом будут применены и в Нижнем Новгороде, — загадочно произнес в конце обсуждения этой темы Михаил Рыхтик.
Война как инновация
Давно мы не слышали о том, чтоб чиновники, да еще таких высоких рангов, получали выговоры. А что? И работать лучше будут, и народ показательные порки любит, поддерживает.
— Мы все больше становимся похожи на Белоруссию, где Лукашенко частенько «перетряхивает» свое правительство. Но, с другой стороны, действительно, такой «силовой» бюджет мне кажется неактуальным, — считает Иван Юдинцев. — В нем нет экономического развития, о котором так часто говорят.
Напомним, что проект бюджета имеет явный перекос в финансировании в сторону силовиков: почти половина всех расходов уйдет в армию, полицию (и еще Пенсионный фонд). При этом расходы на другие социально значимые вещи сокращаются или остаются на том же уровне. Все это дало повод Владимиру Путину раскритиковать правительство, так как в его предвыборной программе заложена преимущественно «социальная направленность».
— С точки зрения взятого ранее курса на реформирование армии и полиции, этот проект выглядит правильным: нельзя же все эти титанические преобразования сделать за один год, — пытается найти логику в действиях чиновников Евгений Семенов. — Если бы бюджет был другим, было бы вообще удивительно, это значило бы, что власть не знает, куда мы идем.
Эксперт не согласился с мнением, что «милитаризированный» бюджет не может дать инновационного развития, в России — еще как может.
— Так уж исторически сложилось в нашей стране, что толчок к развитию промышленности и экономики давали именно «военные» бюджеты. Вспомните 40-50 гг. — ведь тогда вся страна развивалась за счет «оборонки», — обращается к историческому опыту политолог.
Александр Прудник видит в проекте бюджета попытку элиты навязать гражданам ментальность «осажденной крепости», которая позволяет объединить народ при помощи якобы существующей внешней угрозы.
— Это явно политически мотивированный бюджет. Сами элиты смотрят на Запад, говорят об инновациях, но для граждан они пытаются сохранить риторику времен «холодной войны». Вот эту тенденцию и выражают цифры бюджета, — строит гипотезу Прудник.
В целом же эксперты сошлись во мнении, что не так уж важно, как будут распределены деньги между министерствами, даже такой бюджет может дать развитие многим отраслям. Основная же угроза таится в коррупции: главное, чтобы все деньги, выделенные по «секретным» статьям на военные дела, действительно были потрачены не впустую.
Раз уж в нашей стране скоро снова будут выбирать мэров, депутаты озаботились проработкой дополнительных, связанных с этим законов. Так, в Заксобрании Нижегородской области вызвал дискуссию среди народных избранников законопроект, описывающий процедуру отзыва губернаторов.
Согласно проекту, своего поста высшее должностное лицо региона может лишиться в случае, если нарушит закон или если будет халтурить и не исполнять своих обязанностей. Все эти «злодеяния» должен подтвердить суд. После чего партии, общественные объединения или не менее 100 граждан смогут запустить процедуру. Далее в поддержку отзыва необходимо будет собрать более 670 тысяч подписей (одна треть от общего числа имеющих право голоса) избирателей, зарегистрированных на территории Нижегородской области. Коммунисты, естественно, сразу же назвали этот закон формалистским и не имеющим реальной силы. Как ни странно, эксперты согласились, но с одной большой оговоркой: такой закон формально должен быть в законодательстве, но в действительности выборы — наиболее действенный механизм.
— Да, процедура отзыва должна быть прописана, но на деле не это главное, — взял слово Иван Юдинцев. — Самый эффективный демократический механизм — это выборы. Все остальное — вещи третьестепенные и не имеют практически никакого значения, — заключил политолог, с которым единогласно согласились остальные эксперты.
